название: Принцы Пограничья
автор: Дэн Абнетт
дата выпуска: 25.01.2007
Перевод: в процессе
Частей: 3 из 31
Описание: Что-то чужеродное проникло на Землю. Оно наблюдает за нами. Команда Торчвуда изо всех сил старается найти и обезвредить чужаков, прежде чем кто-то пострадает. А что если вы один из тех, кому уже был нанесен вред? Что если вы пытаетесь найти то, что должно оставаться тайной? Принцы пограничья наблюдают за нами, и они пойдут до конца…
Данный перевод не подразумевает под собой получение материальной выгоды.
Глава 3
Глава третья
Шизней нравился мистер Дайн. Он обедал в "Династии Мугал" уже полгода, каждые понедельник и четверг, словно так была регламентирована его жизнь. Всегда одно и то же: шашлык, ягненок в соусе, а потом чашка шоколадного мороженого. Свою еду он запивал бутылкой лагера. Расплачивался он карточкой, подписанной "Дайн".
Он был худым, подтянутым мужчиной, с резкими скулами и подстриженными пучком светлыми волосами. Он всегда был облачен в костюм, иногда серый, иногда черный, бывало в голубой, и галстук черного цвета с вышивкой в виде синих клубных символов, в накрахмаленную белую рубашку. Держался уважительно, хоть и был немногословен. Шизней представляла, что он занимается информационными технологиями, милую машину, оставленную у ближайшего парковочного автомата, регулярные поездки в Бристоль, Бат и Суонси и любое другое место, которое в ходило в ареал его деятельности. Она гадала, куда он наведывался. Больше всего подходили крупные офисы в бухте. Вероятно, "Новый европейский бизнес". Да.
Две недели назад, ночью в четверг мистер Дайн пришел вымокшим в дожде и привычно уселся за стол. Она принесла ему меню, он поднял глаза, улыбнулся и уточнил не против ли она, если он поинтересуется, как ее
зовут.
– Я прихожу сюда так долго и не знаю, как вас называть, – сказал он.
– Шизней, – сказала она и покраснела.
– Шизней, – повторил он, пробуя имя на вкус снова и снова.
В этот четверг она принесла бутылку лагера и положила рядом со стаканом, еще до того как он заказал ее.
– Спасибо. Ты просто мысли мои прочла, Шизней, – улыбнулся мистер Дайн.
– Всегда пожалуйста. Еще не решили?
– Минуточку.
Шизней отошла к дверям кухни и ждала. Ресторан как обычно нельзя была назвать переполненным.
– Чем ты занимаешься? – спросил ее отец, показываясь из кухни. – Дурака валяешь?
– Жду заказ мистера Дайна, папа, – ответила Шизней.
Ее отец бросил взгляд на пустой зал и заметил в дальнем углу мистера Дайна.
– Ты симпатизируешь ему, – заметил отец.
– Он клиент, папа, и постоянный. Что ты хочешь, чтобы я делала?
– Не забивай голову никакими мыслями, – ответил ее отец.
В голове Шизней роилась уйма мыслей. Мистер Дайн знал ее имя. Мистер Дайн улыбнулся ей. Он хотел знать ее имя. Она ему нравилась.
Она перехватила собственное отражение в зеркале до пола рядом с входными дверьми. Ее отец настаивал, чтобы они все носили на работе местные наряды, хотя ни один из ее родителей не был из Южного Уэльса. Рабочая одежда выделяла ее животик и то, что местные парни называют "выпеченная булочка"[1]. Но она также подчеркивала грудь.
Шизней гордилась своей грудью, но также была уверена, что личико у нее премиленькое.
– Он бюстоман, – сказала ей мать.
– Что, мама?
– Этот мистер Дайн. Я видела, как он смотрел на тебя. Он бюстоман.
– Что такое "бюстоман"? – не поняла девушка.
– Существует четыре типа мужчин: бюстоманы, попкоманы, ногоманы и остальные.
– Остальные?
– Те, которые ведутся на все. Мистер Дайн…
– Мистер Дайн очень милый человек и постоянный клиент.
– Мистер Дайн – бюстоман, Шизней, запомни мое слово.
Шизней отвернулась от собственного отражения и посмотрела на мистера Дайна через зал "Династии Мугал". "Ты и правда бюстоман?" – задалась она вопросом. И если да, то что именно это влечет за собой? Мистер Дайн опустил свое меню.
Она прошагала к нему, стараясь уменьшить эффект "выпеченной булочки" и выпятить грудь. Может быть, возможно, он позовет ее на свидание. Каково это будет? Прогулка до его машины у парковочного автомобиля, он откроет и придержит дверь, чтобы она села в нее. Они отправятся в…
Но нет. Небольшая коррекция фантазий. Он уже поест, отобедает. Никакого развлечения для них посещать ресторан в бухте. Конечно, если он не попросит ее встретиться с ним в другой вечер, кроме понедельника и четверга…
Она размышляла, какова из себя французская еда. Какова уэльская еда. Какой у нее станет вкус, если мистер Дайн будет сидеть напротив?
Шизней не очень-то волновало был ли он "бюстоманом". Он был милым человеком, и он улыбнулся ей, он знал ее имя, он…
– Вы готовы сделать заказ? – уточнила она.
Он посмотрел на нее и улыбнулся.
– Да, Шизней. Шашлык и…
– Ягненок в соусе? – докончила она.
– Я настолько предсказуем? – нахмурился он.
– У вас свои пристрастия.
– Я изучаю меню, – признался он, вновь беря сложенное меню, – но всегда только одно и то же кажется привлекательным. Мясо со специями и алкоголь доставляют мне удовольствие.
Она улыбнулась, не вполне зная, что ответить.
– И шоколадное мороженое?
Широкая улыбка пролегла по его худому лицу.
– Там, откуда я приехал, ничего подобного не было.
– Что ж, – сказала она, – слава небесам, что у нас нашлось.
– Не могли бы… вы… присесть? – спросил он, указывая на стул напротив.
Шизней присела. Вот оно. Тот самый момент. Ее дыхание стало чаще, но ей было все равно. Оно вторило чудеса с ее грудью.
– Шизней, я уже некоторое время сюда прихожу. Я хотел спросить…
– Да?
– Что собой представляет шоколадное мороженое?
Она замерла.
– Я… м… не это ожидала от вас услышать. Шоколадное мороженое? Животные жиры и араматизаторы, много.
– О, – произнес он и вздохнул. – Не удивительно, что я так люблю его.
– Это все? – спросила она, вставая.
– Да, спасибо, Шизней.
Она заторопилась подняться и скрыться на кухне.
– Джек! – кричала Гвен – Джек! Ну же!
Она и Тошико пытались утихомирить бьющееся в конвульсиях тело Джека. Шатающиеся, бормочущие фигуры приближались к ним со всех сторон.
– Что будем делать? – спросил Джеймс у Оуэна. – Начнем размахивать кулаками?
Оуэн достал из пальто блестящее, черное оружие и зарядил.
– Будем делать все, что нужно, чтобы выбраться отсюда живыми, – ответил он.
– У тебя оружие с собой? – спросил Джеймс.
– А у тебя?
– Нет.
– Я думал, у нас конец света?
– Знаешь ли…
– Заткнитесь оба, – приказала Гвен. – В SUV имеется секция с оружием.
– Это требует от нас быть рядом с SUV, – сказал ей Джеймс. – Вместо того чтобы находить черт знает где без необходимых приспособлений.
– Просто встань мне за спину, – сказал Оуэн.
– Они наступают со всех сторон! – запротестовал Джеймс.
– Просто прикрой мне спину силой разума, – сказал Оуэн.
Они все слышали запах кетона в дыхании приближающихся фигур. Одиннадцатилетняя девчушка в пижаме с "Суперкрошками"[2] стояла в первом ряду, рядом с ней мужчина средних лет с остатками чипсов вокруг рта, женщина в халате и пушистых тапочках.
– Ты охотно собираешься застрелить их? – спросил Джеймс.
– Не охотно, вообще-то, – признал Оуэн.
Джек неожиданно тяжело выдохнул, словно всплыл после долгого погружения. Он сел, тяжело дыша.
– Не советую, – сказал он, мигая. Джек посмотрел на Гвен и Тошико, а потом на зажатый в руках предмет. – С ним трудно бороться. Очень трудно. Нужно укрыть это. Не знаю, сколько еще я смогу его отвлекать.
– У нас есть контейнер, – начала Гвен, но он…
– …в SUV, – хором докончили Джеймс и Оуэн.
– Тогда двигайтесь! – приказал Джек, поднимаясь на ноги при помощи Тошико.
Они отступали в направлении, откуда появились Джек и Оуэн. Почти тут же им пришлось пробивать дорогу через зомбированных людей. Руки царапали их, хватались за одежду.
– Просто бегите! – гаркнул Джек. – Пробивайтесь! Отталкивайте их!
Они отвоевывали себе отступление. Парочка стонущих людей расползлась в стороны. Для Гвен открылся простор, чтобы убежать. Тошико бежала прямо за ней.
Руки были на Джеке повсюду, хватая его, тяня вниз. Кто-то ухватился за ногу.
– Черт! – закричал он. – Гвен! Встань в линию!
Продолжая бежать, она повернулась на крик Джека. Он высвободил руку и бросил предмет, как бейсбольный мячик.
– Перебрось его! – кричал он. – Не держи у себя!
Отбежав назад, Гвен проследила за траекторией предмета и аккуратно поймала его. Она побежала по ступенькам дамбы.
Бездумная толпа забыла о Джеке и поспешила за ней. Она чувствовала пугающее тепло предмета в своих руках. Она мигнула. На периферии зрения мерцало два голубых двигающихся огня.
– Гвен!
Тошико была недалеко от верхних ступенек, оглядываясь на нее. Она просяще вытянула руки.
– Гвен!
Гвен вновь мигнула. Она не хотела отпускать его. Это был ее ход. Юноша в университетской регбистской футболке налетел на нее со стороны и стал бороться за предмет в ее руке.
– Большой, большой, большой! – объяснял он. – Токийский дрейф. Лес. Деревья. Листья. Ничего позади.
– Отвали, – сказала ему Гвен.
Он ударил ее в бок. Мелкая женщина с испитым лицом присоединилась к юноше, начав бить и царапать Гвен. Втроем они упали на вторичную растяжку железной цепи, обнесенной вокруг стены дамбы ниже ступеней. Железные подпорки задрожали под их весом.
– Отстаньте от меня! – кричала Гвен. Она вытянула руку и перебросила предмет наверх Тошико. Жалкая попытка. Женщина с испитым лицом повисла на ее локте.
– Ты кидаешь, как девчонка! – заявил Оуэн, мчась мимо нее, вверх по ступеням.
Предмет пролетел по воздуху и, миновав Тошико примерно на расстоянии шести футов, плюхнулся в высокую траву у верхушки дамбы, слева от ступеней.
Произнося очень резкие и отточенные образцы англо-саксонских ругательств, Тошико барахталась в длинной, мокрой траве в поисках предмета. Безумная толпа свернула к берегу, дрожа на ступеньках или карабкаясь по траве в направлении Тошико.
Оттолкнувшись от цепи, Гвен попыталась избавиться от тел. Их интерес к ней иссяк, они старались подняться, но все трое дружно, потеряв равновесие, упали на звенящую заборную сеть. Снова и снова звучал резкий металлический звон. Под их общим весом крепление звеньев цепи ослабло. Бряцающий соединительный колышек разошелся с отрывистым лязгом.
Гвен почувствовала, как качается на краю пустоты. Внизу текла невидимая река. Юноше в регбистской футболке удалось подтянуться на тропинку. Женщине с испитым лицом повезло меньше: когда цепь разошлась, она лицом вниз провалилась в бездну.
Гвен держалась за цепь, пальцы ухватились за звенья. Она была далека от центра равновесия, чтобы подтянуться обратно.
Ограждение разрушалось и скатывалось ко второму ярусу, куда крепилось. Падая, Гвен визжала и в итоге оказалась нависшей над краем пропасти с болтающимися ногами и держащейся за покачивающуюся, натягивающуюся часть обломанного ограждения. Крепления второго яруса начали расходиться.
Тошико рылась в подлеске. На нее наскочил мужчина, и она ударила его ребром левой ладони, чтобы временно отвлечь. Вот оно. Тусклый блеск в промокшей траве. Тошико схватила Амок и бросилась назад по склону и к ступеням. Вокруг нее толпились люди. Как только она взяла предмет в руки, они набросились на нее. Некоторые падали на мокрую траву. Женщина разочарованно завизжала, когда она заскользила по правой стороне склона.
Тошико продолжала бежать. Ее горло болело, и она была уверена в наличии большого количества ссадин на всем лице, но важнее всего был предмет в руках. Она чувствовала его тепло, как у горячего угля, даже через модные кожаные перчатки.
Кто-то схватился за полы ее длинного плаща, но она отбилась. Кто-то еще цапнул ее за руку, и она в награду за это заехала ему локтем прямо в диафрагму. Она добралась до ровной поверхности, полной луж площадки с поломанным каменным покрытием, находящейся между брошенными зданиями и ночным магазином. В сорока ярдах от паба она увидела SUV, стоящий под фонарями под занавесью из дождя.
Строительное ядро качнулось и ударило ее в спину, сбивая с ног. Она упала лицом в лужу. "Это не ядро", – поняла она. Это был громила в лесорубской куртке. Он уже свалил ее дважды за ночь.
Он бредил, бездумно бормотал, рот его представлял собой кровавые руины, а на лице ярким синяком светился удар Джека.
Тошико откатилась, когда он пошел на нее. Ее тело болело. Разум болел еще больше. Руки были горячи. Казалось, что кожа ее перчаток сгорела. Моргнув, она увидела голубые огни. Они двигались, двигались так, как ничто не может двигаться, даже эти два голубых свечения. И казались очень большими. Большими,
большими…
Раздался выстрел.
Очень громкий и близкий, а акустика в маленьком дворике отозвалась таким эхо, что душа Тошико ушла в пятки. Крича ее имя, к ней бежал Оуэн с дымящимся оружием в руках.
Амбал повернулся безразличный к звуку и виду большой пушки и заехал Оуэну в лицо. Оуэн выглядел так, словно столкнулся с бельевой веревкой. Его ноги все еще продолжали ход, но голова откинулась назад. Он упал спиной на землю. Громила повернулся к ней, из его носа фонтаном брызгала кровь. Она уже встала на ноги.
– Большой, большой, большой! – говорил он.
– Отвали! – ответила она.
Когда он стал надвигаться, она ударила его по яйцам. Он осел, но прежде успел схватить ее за голову.
Два голубых свечения двигались туда и сюда, а потом по черному фону, как титры в фильме, заскользили цифры…
Тошико открыла глаза. По лицу бил дождь. Она вырубилась на мгновение. Бугай упал поперек ее ног. Он корчился. Предмет в ее руках был раскален докрасна.
Она старалась высвободить ноги. Амбал взбесился и схватил ее за горло. Прозвучал неприятный звук, словно одновременно разорвался брезент, и молотом ударили в сырую печенку. Лицо мужчины деформировалось, когда мускулы перестали действовать, и любые образы и выражения покинули мешок с мясом, в который превратился его мозг. Кровь лилась изо рта, как вода из переполненной канализации. Голова откинулась в сторону, и он упал навзничь.
Лезвие рамочного стекла в два дюйма шириной было воткнуто громиле в затылок. Над ней стоял бродяга, руки его истекали кровью.
– Моя очередь! – протестовал он. – Ты не можешь взять его!
Тошико подалась прочь, отпихивая тело громилы с ног, яростно отползая. Герой "Рассвета мертвецов" протестующе завыл и зашатался за ней.
– Тош!
Она увидела Джеймса у входа во двор, недалеко от улицы. Тошико вскочила на ноги, игнорируя приближающиеся к ее спине руки бомжа, и стянула перчатку с левой руки. Она опустила в нее Амок – благодарная уже тому, что ее сетчатку покинуло голубое свечение – и бросила обернутый предмет через двор в сторону Джеймса.
Он ровненько поймал его, как Шейн Варн[3] на краю газгольдера. Повернувшись, он побежал на улицу к SUV. Толпа последовала за ним. Некоторые из них пинали или даже проходили по Тошико в нетерпении схватить его. Она свернулась калачиком, чтобы защититься.
Фосфорицирующий "Восксволл вектра" полицейского отдела Южного Уэльса выехал в ответ на сообщение о беспорядках в зоне Вест Мурс. Автомобиль подъезжал к площадке паба на скорости тридцати миль в час. Джеймс стукнулся о передний бампер, оторвался от земли над капотом и приземлился на лобовое стекло. Стекло треснуло. Полицейский автомобиль со скрежетом затормозил. Джеймс скатился по капоту и упал на дорогу.
– Святой Иисус! – сказал один из полицейских, выскакивая. – Откуда он взялся?
Офицер подбежал к Джеймсу и нагнулся.
– Быстро звони! – крикнул он напарнику. – Вызови чертову скорую!
Он присел на колени около Джеймса.
– Все хорошо, мистер, все хорошо, – проговорил он. Сбитому мужчине было не больше тридцати, блондин, почти под нулевку. На нем были черные джинсы, белая рубашка и черный кожаный плащ. Все хорошего качества. Двадцатидвухлетний полицейский, Питер Пикнолл, посчитал странным, чтобы некто столь хорошо одетый бежал по заброшенному району. Возможно, бежал из модного клуба.
– Они едут? – крикнул он.
– Едут! – ответил напарник, Тимми Бил. Радио трещало, шипел дождь.
– Что это, черт возьми? – позвал Тимми Бил.
Питер Пикнолл даже не взглянул на него. Сбитый мужчина сжимал черную кожаную перчатку. Когда Питер взял ее, понял, что в ней находилось нечто тяжелое. Что-то тяжелое выпало и ударилось о мокрый от дождя асфальт. Нечто металлическое и странной формы. Питер поднял его. И тут же понял, что это лучшее, что он когда-либо делал. Он чувствовал себя так, словно выиграл в лотерею. Дважды. Перед сексом.
Вокруг него были люди. Люди толпились вокруг машины, люди сбили Тимми Била и по нему шли вперед.
Питер слышал, как Тимми Бил кричал от боли. Ему было абсолютно безразлично. Он смотрел на окружающих его людей.
– Большой, большой, большой, – согласился он. – Отвалите, мой ход.
Шизней принесла мистеру Дайну его шашлык с нашинкованным салатом-латуком и долькой лимона.
– Спасибо, – сказал он.
Она пожала плечами.
– Шизней?
– Что?
Мистер Дайн изучал ее лицо.
– У меня ощущение, что я чем-то расстроил тебя. Или разочаровал. Я не очень хорош в прочитывании выражений лица тебе подобных.
– Мне подобных? – она была поражена, что он может быть таким откровенным ксенофобом.
Ее реакция была ожидаемой.
– Думаю, я не совсем правильно… То есть, я…
– Что? О чем вы?
– Чем я обидел тебя?
– Это не имеет значения, – сказала она.
– Что бы это ни было, я прошу прощения, – ответил он. – Я никогда не подразумевал пренебрежения или иного дурного обращения. Честно, нет. Культурные разговоры настолько расплывчатое понятие, когда сталкиваешься с ними на деле. Так много полезных вещей о них не сообщают.
– О чем вы говорите?
– Ты мне нравишься, Шизней. Правда. Ты мне нравишься, и я люблю мясо со специями и животные жиры. И алкоголь.
– Я не понимаю вас, – покачала она головой.
– Полагаю, что нет, – пожал он плечами. – Но ты мне правда нравишься. Твои физические данные…
– Ах, так вы бюстоман, да? – Шизней усмехнулась и отвернулась.
– Вообще-то я собирался сделать комплимент. Не правильно прозвучало?
– Не очень, – сказала она.
Он дернул плечами.
– Все, что я хочу сказать, Шизней, что я бы никогда не хотел обидеть тебя. В мыслях такого не было. Ты была так добра ко мне. Я…
– Что вы?
Мистер Дайн неожиданно выпрямился, спина вытянулась в струнку. Его яркие, широко открытые глаза забегали. В сочетании с чубчиком он напомнил Шизней игрушку с орлиным взглядом, с которой игрался ее брат.
Он встал, ударяясь об стол.
– Мне нужно идти, – сказал он.
– Что?
– Кое-что случилось. Мне нужно идти.
– Но, – запротестовала Шизней, – вы сделали заказ.
– Мне идти нужно.
– Сначала вы должны расплатиться.
– В следующий раз.
– Вы должны заплатить. Вы заказали еду.
– В следующий раз, – настаивал он, шагая к двери.
– Мистер Дайн!
– Владыка, – пробормотал Дайн. – Владыке грозит опасность. Я должен идти.
Шизней побежала за ним.
– Стойте минуту!
Ее отец заблокировал дверь "Династии Мугал".
– Вы должны расплатиться, сэр. Вы меня слышите, сэр? Вы должны заплатить, прежде чем уйдете.
Мистер Дайн поднял руку, как будто отгонял муху. В ней ничего не было, без применения силы, просто движение. Неожиданно, отец Шизней сполз на ковер, и мистер Дайн ушел.
Шизней выбежала на улицу.
Огни мчащихся машин тускнели под дождем. Мистера Дайна и след простыл.
Она осмотрелась, сбитая с толку, как он смог так быстро исчезнуть из виду. Краем глаза Шизней мимолетно видела, как некая жидкость отскочила от тротуара на крышу двухэтажного здания в пятидесяти ярдах поодаль.
Но у нее наверное просто разыгралось воображение.
1. имеются в виду складки по бокам, возникающие из-за не по размеру тесной одежды;
2. американский мультсериал про трёх маленьких девочек детсадовского возраста, обладающих суперспособностями;
3. скорее всего имеется в виду известный австралийский игрок в крикет;